Кто знает местонахождение моих друзей :Мармалиди Костя, Зайнулин Женя, Шедогубов Юра, Пак Олег,напишите мне.

Приветик. Тока что просмотрела фотки слета кокандцев в Москве, Увидела всех практически своих друзей. Арсен Мамаев, Миша Адамов, если вы меня все ещё помните, то отзовитесь! Жду!!!!!

Доброго дня всем гостям сайта!

Дорогие земляки! Сердечно поздравляю всех вас с наступающими праздниками Первомая и Днем Победы. Искренне желаю всем здоровья, душевного комфорта, удачи и счастья!
Бахрамов

Воспоминания о Коканде. Часть 6.
Коканд военных времен напоминал большой вокзал. Население этого города в 1943 году почти удвоилось за счет беженцев из временно оккупированных территорий СССР. Много было беженцев из бывших польских земель. В основном, это были польские евреи. Следует сказать, что эти семьи относительно легче переживали трудное время в сравнении с другими беженцами, поскольку они были зажиточнее и более сплочены. Мне запомнились двое таких ребят-беженцев, с которыми я учился в одном классе. Одного звали Моня, а другого – Семен. Мать Мони устроилась работать на почте, и их семья осела в Коканде. Мы с Моней стали близкими приятелями, поскольку он также увлекался чтением, как и его младшая сестра. Где сейчас эти люди и их потомки – я не знаю, но храню их в памяти. Семен был единственным сыном в семье, и его родители очень заботились о его здоровье. Мать его всегда провожала в школу и встречала со школы, что мне казалось дикостью. Особенно меня удивляло, что его поили только кипяченной водой. Когда я свое удивление выразил его родителям и рассказал, что мы пьем из любого водоема, если вода в нем отвечала нашему тесту. А тестировали мы воду плевком в арык или в водоем. Если плевок расходился в воде, то воду можно пить. Если же не расходился, то, по нашему мнению, вода не отвечает «санитарным стандартам», и ее пить нельзя. После моего рассказа мать Семена чуть не хватила кондрашка, и я в ее глазах потерял все свои человеческие качества.
Особенно тяжело в Коканде было семьям испанских эмигрантов, которые практически не знали русского языка и были очень горды. Я помню, как умирали от истощения испанские малолетние дети, поскольку два моих младших брата также скончались в это время. Испанцев хорошо знали в Москве, Ленинграде и в европейской части СССР, и они там пользовались уважением. Самое удивительное то, что в Коканде они практически были чужими людьми. В Коканде находилась семья известного героя гражданской войны в Испании Валентина Гонсалеса по кличке Кампенсино. Он пользовался огромной популярностью среди испанцев и славился фантастическим мужеством. Его в СССР называли испанским Чапаевым. Про него много писали Кольцов и Эренбург, а Сталин даже жал ему руку. Кампенсино был в Коканде, куда приезжал навестить свою семью. Но у него возникли какие-то проблемы с властями, и он некоторое время проживал в Коканде, а затем исчез. Говорили, что он сбежал в Иран или в Афганистан. Где его поймали и якобы передали советским властям. Кампенсино как будто бы был посажен в тюрьму, откуда он якобы опять бежал и попал к американцам. Где здесь правда, а где легенда – это мне трудно выделить. Но я его видел в Коканде три или четыре раза, и он произвел на меня очень сильное впечатление, которое не стерлось до сегодняшнего дня. Кстати, его ребенок также умер от истощения в Коканде, где и был похоронен.
В годы войны были эвакуированы в Коканд два вуза: Московский химико-технологический институт и Грозненский нефтяной институт. Последний - располагался в здании нефтяного техникума. Кроме этих вузов в Коканд из Харькова было эвакуировано Военное авиационное училище связи. Ленинградский политехнический институт был эвакуирован в Ташкент, но ряд работников этого вуза работали в Коканде на заводе «Большевик», который до войны производил узлы для нефтяных промыслов Чемиона, Шор-Су и Андижана. В военные годы завод «Большевик» выполнял оборонные заказы, и работники Политеха были авторами некоторых разработок.
В Коканде в течение военного периода было несколько эвакуационных госпиталей. Число их менялось от трех до пяти. Это тоже вносило свои коррективы в кокандскую жизнь и в жизнь школьников. Я в составе школьной бригады несколько раз посещал эти госпитали, где мы рассказывали стихи, пели песни для раненных.
В годы войны было много проблем с электро – и водоснабжением. Вообще, раньше Коканд славился своей водой. В городе и вокруг него было много родников. Был один недостаток в этой воде: в ней не хватало йода. Коканд с окрестностями входил в зону эндемического зоба. В городе было много жителей с большими зобами: у некоторых они достигали по объему с хороший апельсин и даже больше.
В Коканде, думаю еще до советской власти, в разных частях нового города было пробурено несколько артезианских скважин. Каждая скважина заканчивалась трубой с вентилем, и выход скважины был покрыт специальным строением из красного кирпича. Эти строения строились по единому проекту. Вода из скважин в одних местах шла самотеком, а в других – для забора воды требовались электронасосы. Поскольку в это время электростанция работала с перегрузкой, то все насосы были отключены, и вода шла только из тех скважин, из которых она изливалась самотеком. В городе таких скважин было только четыре: одна – на маслозаводе, другая – на территории треста «Калининнефть», третья – у каменного моста (по дороге в старый город, и четвертая – в районе хлопкоочистительного завода №2 (по ул. Куйбышева). Для того, чтобы набрать воду, приходилось идти к какой либо скважине, стоять там в очереди и потом два ведра на коромысле нести домой. Для меня это было весьма гнусной задачей, поскольку эта работа отнимала часов 4-6, да пока доберешься домой с водой бывали стычки с недругами. Поэтому я всегда вспоминаю эту часть своей работы по дому с отвратным оттенком. Попробуйте в 10-11 лет нести два ведра на коромысле и гляди в оба, чтобы «неприятель» не бросил в ведра какую-нибудь гадость.
Выше я упомянул трест «Калининнефть». Под этим названием в Коканде находилось управление по добыче нефти в Ферганской области. В этот период нефть добывалась в Чемионе, Шор-Су и под Андижаном в районе Майли-Су. По соседству находился еще один трест, который назывался «Ферганозокерит». Оба треста занимали целый квартал от ул. Жданова до ул. Советская.
Хочу напомнить своим землякам, что раньше в Ферганской долине была только одна область – Ферганская, из которой в 1940 г. были выделены Андижанская и Наманганская области. Хотя в то время мне было 6 лет, но я помню, как мой отец активно занимался работой по размежеванию этих областей в качестве секретаря Ферганского обкома по сельскому хозяйству.
Война была годами испытания для всей страны, в том числе и для Коканда. Свалилось много трудностей для жителей города. И в этих трудностях определялось кто есть кто. Мне не забыть своих друзей Ядгара Ахмедова и Александра Краснопольского, с которыми мы вместе проходили все эти испытания, и каждый из нас делился и кусочком хлеба, и главное, - своим сердцем и верностью. И это мы пронесли через всю свою жизнь. Много было приятелей, товарищей, но эти двое – были настоящими друзьями. О семьях своих друзей я расскажу в следующем разделе своих воспоминаний.

Продолжаем цикл заметок о Коканде.

Дворы

С самого своего первого дня рождения человек начинает познавать окружающий его мир. Знакомиться с родителями, родственниками их друзьями. Становясь старше, обзаводится своими друзьями, с которыми проводит целые дни в играх. В которых и познает неписанные правила поведения во дворе и на улице, общения с людьми. Отличать плохое от хорошего, отвечать за свои слова и поступки не только перед родителями. Не давать себя в обиду, но и уметь прощать. Но жажда открытия, познания нового и неизведанного заложена в генах человека, что толкает его иногда на необдуманные поступки. Особенно детей, с их непосредственностью, чувством полного господства над миром. Солнце светит для него, птицы поют для него, травка растет для него. Все окружающее только для него, видимо это и называется “быть частицей бога”, которая с возрастом куда-то исчезает. Едва встав на ноги, ребенок уже не только созерцает, он начинает исследовать пространство вокруг себя. Пробовать на прочность попавшие в руки предметы, залазить в укромные уголки с надеждой отыскать что-то новенькое. Постепенно круг его интересов начинает расширяться, из одной комнаты в другую, из кухни в коридор, из коридора во двор.
Вот о дворе и пойдет речь. Только не о тех дня, когда его выводят погулять за ручку, а когда уже самостоятельно и целенаправленно идет на улицу. Спросите самих себя, какой период вы больше всего помните ясно и отчетливо. Вчерашний день, время когда вы закончили учебное заведение и пошли работать, женились (вышли замуж)? Уверен, что большинство вспомнит свое детство, безоблачное и самое счастливое, потому что это время познания самого себя и себя в окружающем мире.
Двор – это открытое или закрытое пространство возле дома. Понятие двор в Коканде, тоже разное. Если на массиве, то это открытая небольшая площадка окруженная четырехэтажными домами. А есть дворы, которые представляют из себя замкнутый мирок, со своими правилами поведения внутри него. Вот с них и начнем.
Одно или двухэтажный большой дом, поделенный на несколько квартир с общим двором отгороженным от всего мира высоким забором и запирающимися на ночь воротами. Где у каждой семьи была своя кладовка, иногда душевая, и обязательно небольшой садик, в котором росли вишни, яблоки, черешня, персики, айва и т.п. Возле входа в дом был разбит цветник огороженный штакетником. Некоторые держали кур, кроликов, уток. Во дворах обязательно должны быть качели, турник, песочница, стол со скамейками и вкопаны столбы с натянутыми веревками (проволокой) для сушки белья. В одном из таких дворов когда-то жил и я, он был расположен на ул.Ленина, рядом со стадионом «Комсомол». Раньше казалось закономерным, а сейчас возникает вопрос, почему почти все родственники Беззубиковы, Лушниковы, Ильченко, Долговы жили в этом дворе либо по соседству. Знаю, что еще до войны они уже жили в этом доме. Толи всей родней переезжали в Коканд, толи уже здесь переженились и стали родственниками. Короче, двор представлял из себя одну большую семью, даже если и не родственники, то все равно считались близкими. Двери на замок практически не закрывались, секретов друг от друга тоже не было. Все радости и горести отмечали вместе. По праздникам накрывался большой стол под виноградником, каждый приносил что-то свое. Начинался праздник, взрослые сидели за столом, выпивали, разговаривали, а мы детвора, играли рядом в свои игры. Иногда подбегали к столу, чтобы схватить кусочек вкусненького и назад. Тихонько заползали под стол и сидели там, прислушиваясь к разговору взрослых. Потом были танцы, под баян или проигрыватель, мы тоже от них не отставали и пытались танцевать как взрослые. Еще запомнились песни: грустные и веселые, старинные русские, украинские и современные (по тем временам), сейчас уже мало кто помнит их, а уж тем более поет за столом.
Днем двор отдавался на откуп детворе или хозяйкам, которые развешивали через весь двор постиранное белье. Во дворе или в саду всегда были укромные уголки, где строили шалаши из досок или картонных (фанерных) коробок, а то и просто в зарослях кустарника или веников. На больших деревьях строили наблюдательные пункты. Там всегда собирались для обсуждения последних новостей, придумывали новые игры, хвастались своими подарками, находками или просто прятались подальше от родительского ока. Обменивались какими-то вещами, мастерили рогатки, луки, заготавливали из проволоки пульки и прочие, прочие мелочи. Изображая взрослых, пытались курить. Там же прятались какие-то вещи, которые не должны видеть родители. Частенько собирались у чей-нибудь кладовки или гаража и чинили велосипеды и самокаты, собирали если находились большие подшипники самокаты, из маленьких – тачанки. Тачанки – это такое движущее средство, которое собрано из трех подшипников на досках и управлялся одним человеком. Однако скорость движения зависела от другого, который толкал вперед упираясь двумя руками в спину водителя, а также от смазанных подшипников. А уж если у кого-то заводился моторчик, то вокруг него собиралась вся толпа, с надеждой прокатиться. Увлекались голубями. Раньше в Коканде голубятни были практически в каждом дворе, их легко было найти по хавазе, торчащей над крышей дома. Голубей обменивали, воровали, иногда продавали или специально запускали подготовленного голубя, который уводил всю стаю. Наступала весна, и в небе над городом повисали ляйляки (воздушные змеи), это конечно не китайские разноцветные и разномастные, а сделанные из газеты или тонкой бумаги, каркас из двух узких полосок тонкой фанеры. Суровые нитки наматывались на банку, разбег и змей повисал в воздухе, а дальше его подхватывал ветер и уносил ввысь. Состязались, у кого ляйляк поднимется выше всех и дольше всех продержится в небе.

Продолжение следует.

Уважаемый Юрий Муминович,с нетерпением ждем продолжений ваших воспоминаний.

Для Володи Шинкаренко и Марины.С нетерпением жду от вас вестей.Валя-Израиль

Для Захарова.Не знаю кто написал Александр или Алексей, однако рад, что меня помнят!Где ты живёшь,чем занимаешся,как дела дома и на работе и вообще напиши о себе.

Тебя не Александр случайно зовут? А то я знавал Александра, вместе занимались на Комсомоле, в галерее есть фото легкоатлетов. Моя мама работала в детском доме № 4. Если вспомнишь пиши на мыло.
С ув. Ястребов Александр

Жемлихановым.Ильдарка Женя почему не отвечаете на письма?

Изик,дорогой!Конечно я узнала тебя! Ты один у меня друг в США!Как я рада что ты тоже заходишь на этот сайт!Как здорово,что ты написал!Я тебе несколько раз отправляла письмо на e-mail,но ответа не было и я подумала что ты поменял адрес.Я напишу тебе обязательно!

Slavik, eto Izik. Day mne svoy telefon hochu s toboy pogovorit ili pishi na e-mail baimok@rambler.ru

Tanya ya znal chto ti menya uznaesh. Kak dela? Cho propala? Pishi na e-mail. Poka

Почему тебя не видно в гостевой ? С тобой все в порядке?

Сергей, Лиля ,привет! С интересом прочитали вашу переписку с кокандцами. Жизнь показывает, что это особая категория людей. Знаем это по себе … (шутка). Сообщаем телефон Люды Мочалиной (83178) 6-13 88. Захаровы.